Степной Берег (step_bg) wrote,
Степной Берег
step_bg

Categories:

Гете - универсальный? Гете - актуальный!


В субботу (28.02.2015) в саратовской Областной универсальной научной библиотеке прошел дискуссионный клуб «И.В. Фон Гёте — поэт, мыслитель, ученый».

Поскольку в цикле статей «Судьба гуманизма в 21 столетии» несколько глав посвящено Гете, то интерес посетить эту дискуссию возник сам собой. Ходили небольшой группой из 5 человек, но, в целом, количество посетителей (на мой взгляд) превысило 60 человек. Такое внимание к жизни и произведениям Гете не могло не удивить (приятно).

Сама дискуссия, как мне показалось, была не столько дискуссией собравшихся гостей (в основном студентов), сколько «перестукиванием» приглашенных ведущих — крупных научных деятелей Саратовского Государственного Университета.


Модерировал обсуждение Владимир Иванович Кащеев — доктор исторических наук, профессор СГУ, который отркыл обсуждение, описав жизненный путь Гете, представив его круг общения, тех мыслителей, с которыми Гете спорил и на которых ориентировался. Позже Владимир Иванович, отвечая на вопрос про дружбу Шиллера с Гете, подчеркнул, что позиция Шиллера ему ближе.

Каждый из выступавших по очереди открывал аудитории очертания своей идеологической позиции, основанной на трудах Гете. Я бы сказал, что каждый представил именно концептуальную позицию. Попытаюсь передать ее тезисно (в меру своего понимания). Надеюсь, что содержание будет не испорчено плохим пересказом. Особой изюминки добавляла разность дисциплин, представленных выступающими: философия, филология, история, физика, искусствоведение.
Борисов Юрий Николаевич, кандидат филологических наук, доцент СГУ.
Юрий Николаевич Борисов (кандидат филологических наук, доцент СГУ) в начал своего выступления указал на интересный момент в «Письма русского путешественника» Н.М. Карамзина. В них автор описывает как герой, поехав в Германию, заезжает сначала в Кениксберг и навещает Канта :

Вчерась же после обеда был я у славного Канта, глубокомысленного, тонкого метафизика, который опровергает и Малебранша и Лейбница, и Юма и Боннета, — Канта, которого иудейский Сократ, покойный Мендельзон, иначе не называл, как der alles zermalmende Kant, то есть все сокрушающий Кант. Я не имел к нему писем, но смелость города берет, — и мне отворились двери в кабинет его. Меня встретил маленький, худенький старичок, отменно белый и нежный. Первые слова мои были: «Я русский дворянин, люблю великих мужей и желаю изъявить мое почтение Канту». Он тотчас попросил меня сесть, говоря: «Я писал такое, что не может нравиться всем; не многие любят метафизические тонкости». С полчаса говорили мы о разных вещах: о путешествиях, о Китае, об открытии новых земель.

Приехав же в Веймар пытается устроить встречу с Гете, но не удостоился ее и :

«Вчера ввечеру, идучи мимо того дома, где живет Гете, видел я его смотрящего в окно, — остановился и рассматривал его с минуту: важное греческое лицо!»

Далее Юрий Николаевич озвучил гипотезы, согласно которым зачин «Медного всадника» Пушкина подхватывает сюжет сцены у моря в 4 действии Фауста, а сама концовка Фауста навеяна стихотворением Пушкина.

Посмотрим на сцену прогулки Фауста и Мефистофеля вдоль морского берега (часть 2, действие 4).

Фауст

У моря я стоял. Вода росла,
Прилив готовя, грозно пред очами;
Остановилась — и, встряхнув волнами,
На плоский берег приступом пошла.
Тогда меня досада обуяла:
Свободный дух, ценящий все права,
Противник страстный грубого начала,
Не терпит дикой силы торжества.
Я это счёл за случай; убедиться
Желая, стал смотреть: вода ушла,
Покинув то, что гордо так взяла;
В урочный час явленье повторится.

Мефистофель
(к зрителям)

Что ж, ничего тут нового мне нет:
Я видел это много тысяч лет;

Фауст
(страстно продолжая)

Бесплодная, бесплодье порождая,
Встаёт пучина бурная, седая,
Растет — и вот опять наводнена
Пустынной мели скучная страна;
Валы ревут, кипят — и снова с мели
Они уйдут, без пользы и без цели.
В отчаянье и в страх меня привёл
Слепой стихии дикий произвол.
Но сам себя дух превзойти стремится:
Здесь побороть, здесь торжества добиться!
И можно это: дикая волна
Малейший холмик огибать должна;
Ей не под силу даже возвышенье
Малейшее: невольно в углубленье
Вливается покорная вода.
И план за планом встал в уме тогда;
Я с наслажденьем чувствую отвагу:
От берега бушующую влагу
Я оттесню, предел ей проведу,
И сам в ее владенья я войду!
За шагом шаг все выяснил себе я
В задаче этой. Вот моя затея.
Пушкин «Медный всадник» :

На берегу пустынных волн
Стоял Он, дум великих полн,
И вдаль глядел. Пред ним широко
Река неслася; бедный челн
По ней стремился одиноко.
По мшистым, топким берегам
Чернели избы здесь и там,
Приют убогого чухонца;
И лес, неведомый лучам
В тумане спрятанного солнца
Кругом шумел.
И думал Он:
Отсель грозить мы будем шведу.
Здесь будет город заложен
На зло надменному соседу.
Природой здесь нам суждено
В Европу прорубить окно,
Ногою твердой стать при море.
Сюда по новым им волнам
Все флаги в гости будут к нам
И запируем на просторе.
Прошло сто лет, и юный град,
Полнощных стран краса и диво,
Из тьмы лесов, из топи блат
Вознесся пышно, горделиво;
Где прежде финский рыболов,
Печальный пасынок природы,
Один у низких берегов
Бросал в неведомые воды
Свой ветхий невод, ныне там
По оживленным берегам
Громады стройные теснятся
Дворцов и башен; корабли
Толпой со всех концов земли
К богатым пристаням стремятся;
В гранит оделася Нева;
Мосты повисли над водами;
Темно-зелеными садами
Ее покрылись острова,
И перед младшею столицей
Померкла старая Москва,
Как перед новою царицей
Порфироносная вдова.

По словам Юрия Николаевича, план Гете по покорению природы воплощен у Пушкина.

Что касается второй гипотезы, то теперь посмотрим стихотворение Пушкина «Сцена из Фауста», написанное им в 1825 году.

Приведу отрывок, где Мефистофель отвечает на вопрос Фауста о том, что «там белеет» :

Корабль испанский трехмачтовый,
Пристать в Голландию готовый:
На нем мерзавцев сотни три,
Две обезьяны, бочки злата,
Да груз богатый шоколата,
Да модная болезнь: она
Недавно вам подарена.

В ответ Фауст требует утопить корабль.
В 5 акте 2 части «Фауста» караульный на башне сообщает Фаусту:

Садится солнце; подплывая,
Бегут последние суда;
Вот барка в порт вошла большая
И к нам в канал идёт сюда.
На ней игриво вьются флаги
И мачты крепкие стоят.
И, полный счастья и отваги,
Тебя восславить боцман рад.
На дюне звонят в колокол.

Фауст
(вздрагивая)

Проклятый звон! Как выстрел, вечно
Он в сердце бьёт! Передо мной
Моё владенье бесконечно,
А там — досада за спиной!
Твердит мне звон дразнящий, мерный,
Что господин я не вполне,
Что кучка лип, домишко скверный,
Часовня — не подвластны мне!
Пойду ль туда — мне страшны, гадки
Чужие тени на пути,—
Бельмо в глазу, заноза в пятке!
О, если б прочь отсель уйти!

Линцей
(как выше)

С вечерним ветром мчится барка
На парусах, нагружена
Пестро, блистательно и ярко,
Мешков и ящиков полна!
Подходит великолепная барка,
богато нагруженная изделиями чужих краев.
Мефистофель и Трое сильных.

Вторая гипотеза была озвучена филологом Андре Минье(1910 — 1968). Согласно ей близость великого герцога Саксен-Веймар-Эйзенахского с двором императора Александра 1 могла обеспечить удаленную связь между Пушкиным и Гете, тем более, что учитель Пушкина - Жуковский встречался с Гете лично.



Я посчитал, что в пределах одной заметки не удастся поместить все выступления, поэтому их буду публиковать в следующих частях.
Продолжение следует.

Гете - актуальный! Часть 2.
Tags: Гете, Саратов, дискуссия, культура
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo step_bg february 3, 2015 11:32 27
Buy for 30 tokens
МАВЗОЛЕЙ м. греч. великолепный надгробный памятник, голубец, намогильник. [т.сл. В.Даля ] Мавзолей (лат. mausoleum, от греческого Mausoléion), монументальное погребальное сооружение. Назван по гробнице карийского царя Мавсола (умер в середине 4 века до н. э.) в городе [БСЭ]. С древних…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments